Часть родителей отказывается наряжать детей в военную форму к 9 мая. Они считают это не патриотизмом, а «карнавалом» Статьи редакции

Нарядным ребёнком в красивой военной форме можно похвастаться в инстаграме. Или показать фотку коллегам – пусть завидуют! Может, ещё и начальник по службе продвинет, узнав, какой ты патриот. К почитанию памяти предков, погибших на страшной войне, весь этот маскарад отношения, разумеется, не имеет – обычная ярмарка тщеславия.

Илья Варламов

Споры о патриотическом воспитании ведутся давно: что это, сколько стоит, как это организовать и так далее. Я абсолютно убеждена, что патриотов растят семьи, а не детские сады, школы или государства, поэтому ни одна подобная акция, спущенная сверху, не станет тем самым пунктиком, после которого дошколёнок полюбит родную страну так, как никто и никогда до того.

Кажется, эта акция придумана в семьях, которые совершенно сходят с ума от радости победы над фашистами, примерно так же, как это делают наши депутаты и высокие чины — просто упиваясь самим фактом, что «мы победили». Это звонкое «мы» вполне тянет на определение «патриотизма», как его понимают партийные бонзы. Другой вопрос о качестве этого патриотизма, который без критического осмысления превращает людей в пушечное мясо.

Ксения Чудинова

Дети не должны ходить в военной форме. Для большинства из наших предков, встретивших военные годы, эта одежда была посмертным одеянием.

Военная форма — это одежда для смерти: делать преждевременную смерть, встречать её самому. Преждевременно. Оставляя следы горя везде, где ступают такие вот форменные сапоги. Детям нужно покупать одежды про жизнь, а не про смерть.

Елена Кузнецова

В идеале социальные маски отражают нашу Я-концепцию. Но когда на ребёнка с неокрепшей психикой надевают военную форму, да ещё в такой ажитации, которая свойственна празднику Победы, маска в лице униформы может способствовать формированию ложного Я.

Ребёнок может начать идентифицировать себя с воином, которым не является в силу своей природной индивидуальности. Это социум диктует, кем ему быть, с какой социальной ролью себя идентифицировать.

Гузель Махортова

Когда взрослый человек надевает форму, он может ассоциировать себя с событиями, которые были, с памятью. Когда это делает ребенок, он вживается в эту роль. У детей, с точки зрения психологии, основная функция мышления — игровая деятельность, поэтому получается, что для детей это игра в войну. Для ребёнка форма — это милитаризация сознания, которая пропагандирует войну, говорит, что война — это круто.

Сергей Вайсман

У нас в детском саду детей фотографировали в военной форме к 9 мая. Никаких последствий, воспитатель отнёсся совершенно спокойно.

Группа состоит из 25 человек, но ходят обычно меньше. Согласились фотографироваться почти все, по крайней мере, в чатике в WhatsApp, кроме меня, никто не отказался.

Ярослава, Подмосковье

Я учусь в одной из школ Красногорска, в старшем классе. И у нас отбирали 16 человек для смотра песни и строя (к счастью, меня никогда не вовлекали в это безобразие). Маршируют все классы, начиная со второго.

Репетиции проходили вместо уроков, причём иногда даже вместо профильных. Это очень странно видеть, как маленькие дети, которые читают ещё по слогам, идут строем и поют военные песни. В прошлых годах было то же самое.

Только одна выбранная девочка смогла не принимать участия, так как уезжала на отдых с семьёй. Большинство сверстников воспринимают мероприятие как повод пропустить пару уроков. Некоторым это совсем не нравится, но отказаться они не могут, так как боятся испортить отношения с классным руководителем, что повлекло бы занижение оценок. А хороший аттестат хочется всем.

Мои родители в курсе, но ничего не предпринимают — считают, что если меня не вовлекают, то и ладно, а остальные пусть сами разбираются. Думаю, что другие учащиеся не рассказывают [своим родителям], так как не видят в этом смысла. Большинство родителей просто махнут на это рукой, мол, у них тоже такое было, а остальную часть даже слушать не будут, ведь у нас всё решает большинство.

От учителей слышала, что приказ о проведении смотра строя приходит с других, высших, инстанций, и сами учителя от этого не в восторге, но сделать ничего не могут.

анонимная читательница из Красногорска

У нас, в 25 километрах от Москвы, идёт перебор с военной тематикой, псевдопатриотизмом. В детском саду всех одевают и фотографируют в военной форме войны. И это детей 3-5 лет. В мои времена СССР нас также одевали, но в форму гусаров, мишек, лисичек и зайчиков — от этого веяло добром, романтикой и доблестью.

Не хочу никак понизить роль солдат и народа во время войны. Но это история тяжкого времени, трудностей и горя, сопряжённая с гордостью, отвагой. Это никак не для детей 3-5 лет.

анонимный читатель из Подмосковья

Сыну в частном детском саду сказали в обязательном порядке купить военную форму — советского образца или современную — к утреннику, посвящённому 9 мая. Я категорически против того, чтобы мои дети «наряжались» в военную форму, потому что это отсылка к детям, у которых война отняла игры, детство, нормальную жизнь.

Бабушка моего мужа — одна из тех «детей войны». Можно сказать, что ей повезло: она не воевала, «всего лишь» изготавливала снаряды для фронта на бесконечных, выматывающих сменах в огромном холодном ангаре завода. А сколько детей, отдавших свои жизни на фронте? Носивших чужие гимнастёрки не по размеру и помогавших получать разведданные. Сейчас бабушке мужа почти 90 лет. Она, как и многие ветераны, не любит вспоминать военное время. Единственное, о чём она постоянно говорит: «Заклинаю вас, не допустите войны».

Всё, через что прошла она, да и каждый человек, прошедший сквозь те военные годы, было ради мирного неба над головой и спокойной жизни. Не ради того, чтобы видеть на улицах города людей с детьми в военной форме. Опять.

Ксения, Казахстан