«Преданность и любовь к своему отечеству» или же «добровольное рабство»?
Любовь | Нравственность | Жертва
Патриоти́зм (греч. πατριώτης — соотечественник, πατρίς — отечество) — нравственный и политический принцип, социальное чувство, содержанием которого является любовь к Родине и готовность пожертвовать своими интересами ради неё.
Данное определение было взято с просторов Википедии. Подобный набор слов сразу навевает чувства о чем-то возвышенном — «любовь», «нравственность», «жертва». Получается, именно с такими словами и должно ассоциироваться данное понятие, и мало кто с этим спорит.
А вот еще одно определение, которое, по большому счету, ничем не отличается от первого:
Преданность и любовь к своему отечеству, к своему народу и готовность к любым жертвам и подвигам во имя интересов своей Родины.
И такая ситуация будет прослеживаться и в других определениях — можно сказать, замкнутый круг.
Но, что совершенно тому не свойственно, среди прочего количества красноречивых выражений можно встретить такое:
Патриотизм – последнее прибежище негодяя.
Слова были произнесены С. Джонсоном еще в 1775 году. Теперь становится уже не совсем понятно, почему чувство, которое иногда определяется как инстинктивное, получило такую негативную окраску. Более того, в XXI веке это слово иногда уже используется как насмешка, а может даже превращаться и в ругательство.
Патриотизм
А теперь, забыв о том, что на протяжении не одного года нам вдалбливали в школе, посмотрим, что же на самом деле представляет собой патриотизм.
В первую очередь, идеология патриотизма пропагандируется в поддержку военных действий. Народ начинают убеждать, что кто-то сделал для его родной страны что-то очень плохое, и что этот народ не должен, а просто обязан идти и с ним воевать, его ненавидеть и презирать, будь то немец, француз — особой разницы в том нет.
Наше сознание, в подавляющем своем большинстве, начинает рисовать живописные картины человеческой храбрости в битвах, невероятных усилий и преодоления преград — и все ради отчизны. Спасибо большое, русский патриотический роман знатно поработал над этой тематикой, а теперь сюда можно уже отнести и киноиндустрию. Но будем честны, «война» не всегда, а точнее, почти никогда не равно «доблесть», «храбрость» и «мужество», в действительности же дело будет обстоять так:
…заглушая в своей душе отчаяние песнями, развратом и водкой, побредут оторванные от мирного труда, от своих жен, матерей, детей - люди, сотни тысяч простых, добрых людей с орудиями убийства в руках туда, куда их погонят. Будут ходить, зябнуть, голодать, болеть, умирать от болезней, и, наконец, придут к тому месту, где их начнут убивать тысячами, и они будут убивать тысячами, сами на зная зачем людей, которых они никогда не видали, которые им ничего не сделали и не могут сделать дурного.
Родина?
Да ведь самое очевидное — мы же все люди православные. И как же русский православный человек может не пойти за свою родину воевать? Хорошо, можно бы было еще понять, если бы на веру нашу посягали, так ведь такие толки уже несколько сот лет назад прекратились. И нашему православному русскому человеку совершенно невдомек, как впрочем, и государству, которое на это попросту рукой махнуло, что это вещи совершенно противоположные. По правде говоря, истинный христианин ни в какой мере воевать и допускать войны не должен. Война невозможна без убийств, а христианство не только их запрещает, но и проповедует нести любовь людям во всем мире. Вот какой из того следует вывод:
Христианское государство, говорили мы, вступающее в войну, для того, чтобы быть последовательным, должно не только снять кресты с церквей, самые церкви обратить в помещения для других целей, духовенству дать другие должности и, главное, запретить евангелие, — но должно отречься и от всех тех требований нравственности, которые вытекают из христианского закона. С'est а рrendre ou a laisser (Это можно сделать только так), говорили мы. До тех же пор, пока не будет уничтожено христианство, привлекать людей к войне можно будет только хитростью и обманом, как это и делается теперь.
Удивительно, но строчки эти были написаны уже более чем 100 лет назад, а в стране ничего не изменилось. Читаешь — и словно про нашу действительность.
Цели
Единственное место, где патриотизм мог иметь смысл — это древний мир (как, впрочем, и демократия). Он был нужен для объединения одной народности и защиты нового государства от варваров. В каком-то смысле с той же позиции патриотизм используется и в современном мире, только представляя собой уже извращенное явление. Его можно назвать, вместе с суевериями, пережитком времени. А извращенное уже потому, что подразумевает совершенно другие цели.
Государству, чтобы держать людей в подчинении, политика страха не всегда выгодна, а во многом даже опасна. Лучший выход, безусловно, в том, чтобы внушить народу любовь к своей стране и ненависть к чужим (и здесь было бы подходящим совершенно другое слово).
Divide et impera (Разделяй и властвуй). Патриотизм в самом простом, ясном и несомненном значении своем есть не что иное для правителей, как орудие для достижения властолюбивых и корыстных целей, а для управляемых -отречение от человеческого достоинства, разума, совести и рабское подчинение себя тем, кто во власти. Так он и проповедуется везде, где проповедуется патриотизм. Патриотизм есть рабство.
От возвышенных мыслей к идеологической каторге. Вот как можно назвать путь развития «патриотизма» от древности до наших дней. И он будет жить, потому что любая власть основывается на этом, т.е. на готовности людей отдать жизнь за интересы своей страны (на самом же деле за интересы кучки правящих верхов).
Зачем человек идет на войну?
Потому что кто-то там наверху что-то не поделил и тем самым обидел не только управленцев, но и всю нацию в целом. И впоследствии эта мысль уже внедряется в народ — один запел (и это будет, конечно же, не человек из народа), другие подхватили. И с уверенностью можно сказать, что после такой идеологической обработки каждый из строя будет думать, что мысли эти сугубо его личные рассуждения, и он абсолютно согласен с действиями своего правительства.
Существует общественное мнение, что патриотизм есть великое нравственное чувство и что хорошо и должно считать свой народ, свое государство самым лучшим в мире, и устанавливается естественно вытекающее из этого общественное мнение о том, что хорошо и должно признавать над собой власть правительств и подчиняться ей, что хорошо и должно служить в военной службе и подчиняться дисциплине, хорошо и должно в виде подати отдавать свои сбережения правительству, хорошо и должно подчиняться решениям судов, хорошо и должно бесконтрольно верить тому, что выдается правительственными лицами за божественную истину.
Именно на общественном мнении подобная мысль и держится, а раз есть мнение, то государство берет в свои руки задачу это мнение поддерживать, хотя оно само это же мнение народу и внушило. Но волнует ли это кого-нибудь?
Только этого общественного мнения государство боится пуще армии, войн и землетрясений. Потому и есть у нас до сих пор цензура, есть купленные газеты, журналы, каналы, потому и до сих пор правительство подчиняет религию, управляет школами. Независимая мысль страшнее ядреного оружия.
Инструменты
И тут мы можем взять блестящий пример современности, который достиг просто жутких масштабов, а именно — кино, посвященное военным событиям. Вряд ли найдется страна, которая превзойдет Россию по выпуску, хотя бы за последние три года, фильмов подобной тематики. Вот она, та самая трагичная память кровавых лет, воплощенная в самом лучшем духе патриотизма. Именно так с первого взгляда можно обозвать это детище — особенно смотря на заплаканные лица зрителей после просмотра. Если же копнуть глубже, можно увидеть довольно топорную манипуляцию общественным чувством. И верно уж очень шаток стал этот дух любви к родине, если посмотреть на прогрессию подобных творений.
И живо сейчас это все лишь от того, что человек продолжает верить. Система держится лишь на общественном мнении, в этом нет сомнений. И когда, наконец, все осознают, что общественное мнение формирует сам народ, а вовсе не правительство, тогда может быть и придут изменения.
Только бы люди говорили то, что они думают, и не говорили того, чего они не думают, и тотчас же отпали бы все суеверия, вытекающие из патриотизма, и все злые чувства и насилия, основанные на нем. Отпала бы раздуваемая правительствами ненависть и вражда государств к государствам и народностей к народностям, отпали бы восхваления военных подвигов, т.е. убийства, отпали бы, главное, уважение к властям, отдачи им своих трудов и подчинение им, для которых помимо патриотизма нет никаких оснований.
Ты чё за путина умереть не хочешь?