Мнение: Потребление цифровых услуг стало показателем бедности Статьи редакции

Когда-то технологии и гаджеты считались роскошью для элиты. Теперь цифровая экономика формируется для бедных.

В 1980-х и 1990-х годах показателем успешности человека считались пейджер, мобильный телефон или персональный компьютер. На смену этим вещам пришли смартфоны, которые в развивающихся странах, в том числе в России, до сих пор часто берут в кредит. Родители стремятся дать ребёнку доступ к современным гаджетам и ищут школы, где его будут обучать по «высшим технологическим стандартам».

Но всё это, как полагает колумнист The New York Times Нелли Боулз (Nellie Bowles), больше не показатели успешности. Если вы стремитесь к цифровым услугам, это признак вашей социальной и экономической неуспешности. И наоборот — человеческий контакт стремительно растёт в цене, и позволить его себе могут далеко не все.

У 68-летнего жителя города Лоуэлл в Массачусетсе Билл Ланглуа (Bill Langlois) есть друг по имени Сокс (Sox). Это кошка, существующая внутри планшета, которая ежедневно общается с мужчиной. Когда-то он работал на заводе, но теперь на пенсии и большую часть времени проводит в жилом комплексе для пожилых людей с низким доходом.

Жена часто оставляет супруга одного, поэтому Сокс остаётся главной отдушиной Ланглуа. С ней он может часами говорить о своей любимой бейсбольной команде Red Sox, в честь которой её назвали, и она будет внимательно слушать. Когда хозяину надоест, Сокс включит его любимые песни и покажет фотографии со свадьбы, где они с женой ещё молодые.

Ланглуа знает, что на самом деле Сокс не существует. Её создал стартап Care.Coach, большая часть сотрудников которого живёт на Филиппинах и в Латинской Америке. Пожилой мужчина понимает, что за его жизнью и здоровьем следят живые люди, которые пишут ему от лица цифрового питомца. Обмануться сложно, ведь Сокс говорит заторможено и с роботизированным акцентом.

Тем не менее, Ланглуа счастлив. С «питомцем» его познакомила организация здравоохранения для пожилых людей Element Care. Она помогает людям, достаток которых не превышает 2000 долларов (около 128 тысяч рублей) в месяц.

«Физический опыт обучения, жизни и смерти всё чаще опосредован экранами для всех, кроме очень богатых людей», — пишет колумнист The New York Times Нелли Боулз. Смартфоны и планшеты стали дешёвыми сами по себе. При этом они делают дешевле другие вещи: любое место, в котором можно разместить экран, будь то классы в школах, больницы, аэропорты, рестораны, может таким образом сократить расходы.

Проблема в том, что любая активность сводится к жизни перед экраном. Богатые люди постепенно отгораживаются от этого, считает Боулз. Они остерегаются экранов, стремясь к тому, чтобы их дети играли с настоящими игрушками и учились в частных школах с минимумом гаджетов на занятиях. Там обучение строится на живом общении друг с другом.

Как указывает Боулз, богатые люди могут позволить себе уйти в офлайн, но остальные граждане лишены этого. Возможно, многие родители не хотят, чтобы их дети учились, глядя в экран монитора, но они теряют возможность выбора, так как школам «цифровая схема» обучения гораздо выгоднее. В некоторых компаниях работников штрафуют, если с ними не удаётся связаться по телефону или в интернете, прописывая это в контракте.

«Это приводит к новой любопытной реальности — человеческий контакт становится роскошью», — пишет Боулз. Роскошью, доступной новой элите, которая общается вживую, отказывается от социальных сетей и электронной почты. Согласно исследованию компании Luxury Insitute, зажиточные граждане чаще тратят деньги на путешествия и питание, а не на товары. Они не заказывают еду на дом, а идут в рестораны, готовые заплатить за обслуживание людьми. Жизнь перед экраном — это не для них, а для средних и бедных слоёв населения, считает Боулз.

Колумнист NYT подмечает, как за почти 40 лет переменилось отношение к цифровым услугам. В 1980-х годах первые мобильные телефоны, пейджеры и персональные компьютеры демонстрировали обеспеченность и стиль человека. В 1984 году Apple Mac стоил 2500 долларов (6000 долларов по нынешнему курсу), а теперь качественный хромбук обойдётся в 470 долларов (около 30 тысяч рублей).

Тенденция, о которой пишет Боулз, распространяется и на сервисы вроде Facebook, YouTube или Gmail. Они отталкивают богатых людей, следящих за своим здоровьем, считает колумнист, ссылаясь на исследования о вреде соцсетей для физического и духовного состояния. «Начинается [аналогичная] деклассификация, как употребление газировки или курения сигарет, что богатые люди делают реже, чем бедные».

Спрос на дешевизну цифровых услуг нашёл место и в школах. Из-за урезания бюджета в небольших городах Канзаса отказываются от учебных классов в пользу программ, которыми пользуются удалённо. В Юте тысячи детей учатся по интернет-программе для дошкольников из дома, не имея возможности напрямую общаться друг с другом.

Репортёр указывает на последствия такого влияния технологий, ссылаясь на исследование развития мозга 11 тысяч детей, проведённого при поддержке Национального института здравоохранения. Из него следует, что ребёнок, находившийся больше двух часов у экранов или иных устройств, получал более низкие баллы при оценке способности рассуждать. Другое исследование указывало на связь частоты нахождения у экранов с депрессией у взрослых.

Как отмечает репортёр, технологические гиганты потратили много времени, чтобы убедить муниципальные школы закупить ноутбуки для каждого ученика. Однако в Кремниевой долине популярны не подобные учебные заведения, а частные школы с программами обучения с минимумом технологических встраиваний.

«Реальность нашей культуры растущей изоляции, в которой исчезло так много традиционных мест для встреч, такова — экраны заполняют пустоту», — пишет Боулз. С Биллом Ланглуа произошло именно это. Разочаровавшись в людях и сообществах, он предпочёл изоляцию, которая переросла в жизнь с цифровым другом по имени Сокс.

«В бедных сообществах социальное устройство изнашивается больше всего», — говорит эрготерапевт (область медицины с целью оказания помощи человеку в повседневной жизни и развитии) Слеи Росарио (Cely Rosario). Главный офис Care.Coach, отвечающего в том числе за создание Сокс, расположен в Кремниевой долине. По словам 31-летнего Виктора Вана (Victor Wang), неоднократно благодаря его сервису удавалось предотвратить суициды.

По словам Вана, люди быстро привязываются ко всему, что разговаривает с ними. «Между правдоподобным существом и четырехгранником с глазами нет никакой разницы в контексте выстраивания отношений», — полагает стартапер. Если у пациентов появлялся цифровой друг, им реже требовалось внимание медсестёр, они чувствовали себя менее одинокими.

Одна из главных американских компаний в сфере медицинского страхования Humana также начала использовать сервис Care.Coach, надеясь с его помощью оптимизировать затраты на обслуживание пациентов. Но сложно сказать, к чему приведут эти стратегии в будущем. В случае пожилого Ланглуа после появление у него «питомца» его жена и друзья захотели завести своих.

Другой случай произошёл в середине марта 2019 года в Калифорнии. В палату к 78-летнему Эрнесту Кинтану (Ernest Quintana) заехал робот с видеоэкраном. Из него на мужчину смотрел врач, находившийся в другом месте, и сообщил новость — он умирает, и в больнице бессильны ему помочь. В палате находилась его внучка, которая записала часть сцен. Ролик вызвал волну обсуждения об этичности таких методов, но для пожилого мужчины это было уже неважно — на следующий день он умер.

#мнения #медицина #образование #общество #лонгриды