Почему уже не хочется шутить над пресс-конференцией Путина Статьи редакции

Мнение редактора TJ о событии, которое с каждым годом становится скучнее и бесполезнее.

20 декабря в 12:00 стартовала 14-я по счёту большая пресс-конференция Владимира Путина. И продлится она несколько часов. Независимо от того, чем мероприятие закончится, оно станет самым обсуждаемым событием в российских СМИ до конца недели.

Пресс-конференцию Путина бывает откровенно скучно смотреть как из-за вопросов, так и из-за ответов. Сенсации на ней не рождались практически никогда. Если оставить журналистов за скобками, это в целом спорный вариант времяпровождения. Да ещё и в разгар рабочего дня четверга. А если вдруг просыпается любопытство, можно последить за происходящим по новостям и соцсетям. И вообще ничего не потерять.

Любая пресс-конференция Путина сопровождается шквалом шуток в соцсетях. Хороших, плохих, не важно. За 14 лет жизни повторяющегося ТВ-формата юмор стал единственным способом переварить это действо. Но над первой встречей на четвёртом сроке не хочется даже шутить — слишком сильное ощущение апатии.

Формат общения Путина с журналистами, появившийся в 2001 году (его заморозили на 2008-2012 годы), изначально вызывал вопросы. Официально Кремль объяснял, что ежегодные большие пресс-конференции стали необходимыми из-за «значительного числа заявок от СМИ на интервью». С одной стороны, такой шаг логичен, а с другой — было бы странно, если бы к президенту России отсутствовал интерес.

Пресс-конференции не сломали стену между главой государства и многими журналистами. Возможно, потому что такая цель и не ставилась. На ежегодное мероприятие аккредитуют тысячи журналистов со всей России. Федеральных и региональных, сторонников действующей власти, стремящихся к объективности и оппозиционно настроенных. Всех или почти всех. Но этого недостаточно.

Путин в течение года не может избежать коротких брифингов после разговора с российскими чиновниками или зарубежными политиками. Но в зале в такие моменты находятся исключительно представители кремлёвского пула — безусловно, профессиональные журналисты, но с кредитом доверия от власти. Ещё Путин регулярно общается с зарубежными СМИ, например, если нужно что-то сказать американской аудитории. С российскими — реже, поскольку не считает это необходимым. Если не нужно, к примеру, представить версию по историческому событию.

По моему наблюдению, во время пресс-конференций Путина практически не рождаются переломные новости — те, которые не просто обсуждаются, а влияют на события. Исключения происходят уже после окончания встреч, как в случае, когда после будто бы случайного вопроса журналиста Life страна узнала об освобождении Михаила Ходорковского.

Какой смысл в нынешнем формате общения с журналистами до сих пор видит сам Путин, неизвестно. «Даже не знаю, что ещё сказать, кроме того, что там [в послании] было сказано. Вроде все основные, ключевые вещи были сформулированы», — сказал президент корреспондентам перед одной из больших встреч.

Часть коллег из регионов не скрывает, что сам факт поездки к президенту — это одна из самых значимых командировок в их жизни. И порой даже не важно, получится ли задать вопрос.

Для многих журналистов пресс-конференции становятся единственной возможностью задать вопрос Путину. Где-то сказываются издержки вертикали власти, из-за которых президенту несут локальные истории про условные лампочки, выкрученные в подъездах. Иногда действительно копятся вопросы федерального масштаба. Порой это похоже на туризм.

Ответы Путина перестали быть главным предметом интереса несколько пресс-конференций назад. Высказывания изредка превращаются в новости. Но только потому, что это официальная реакция президента — в том числе на явления, о которых ему потом вряд ли напомнят. Иногда показательным становится сам диалог.

Единственным способом справиться с малозначимым, но колоритным событием долгие годы был юмор. Одним из самых ярких проявлений меланхолии среди журналистов стало «Путин-бинго», запущенное в народ ещё старой «Лентой.ру». Игра приобрела такую популярность, что перекочевала в «Лентач», «Медузу» и другие издания.

В 2018 году моё ощущение безысходности от таких пресс-конференций победило ироничность. Один и тот же человек, находящийся у власти почти 20 лет, отвечает на схожие вопросы одними и теми же формулировками. Если переосмысление нескольких часов разговора — это моя работа, то в очередной просьбе к Путину приехать на сбор ежевики в Краснодарском крае я вижу только повод для дискуссии об уровне журналистики.

Перед выходом материала коллеги по редакции заметили, что это мнение можно было публиковать хоть год назад, хоть ещё раньше. По-моему, пресс-конференция Путина повторится в деталях и в декабре 2019 года. Даже новости перед мероприятием заставляют чувствовать себя в «Дне сурка» — пример из 2016 и 2018 годов.

Мы, редакция TJ, всё равно освещаем пресс-конференцию Путина. Это самое обсуждаемое событие дня в России — и таковым оно будет как минимум до конца недели. Из-за искривлённой реальности именно в таком формате какие-то чиновники узнают, что близки к увольнению, в некоторых регионах дадут новые поручения. А какие-то фразы легко могут превратиться в законопроекты. Просто лично я разучился видеть в этом повод для шуток.

#мнения #путин #журналистика #тв