Ну хрен знает... до сих пор помню то поле. Ветер, гнидой кобылой, сминал траву. Глаза заливало жгучим потом, предательски текущем из под шлема. Я помню тот миг. Мертвая тишина тысяч людей, готовящихся к смерти, разорвалась оглушительным гортанным криком монголов. Словно все бесы, о которых предостерегало Святое Писание, разом покинули свое царство и вторглись в мир живых. Тихомир, мой ратный брат, что сидел на своем скакуне по леву руку от меня, тихо и зло захрипел. С каким-то отчаянием и обреченностью, я сжал древко копья. Вдох и выдох. Еще один вдох. И медленный выдох. Я смаковал последние мгновения перед боем. Я прощался с этим глубоким дыханием. Я прощался с ощущением ветра на лице. Я прощался с солнцем. Я прощался с полем. И тут прозвучал голос смерти. Пронзительный писк, словно красной нитью, прошел через сукно наших судеб. Небо почернело от тысяч ордынских стрел. Прощай мать! Прощай отец! Удар ногами по бокам кобылы, мощный рывок вперед и вот я уже в стремительном галопе к стану врага...
Комментарий недоступен
Вот с их оф сайта:
The band’s name The HU, is the Mongolian root word for human being.Комментарий недоступен
Ну, после Татаро-Монгольского ига мы все немного монголы
Комментарий недоступен
Ну хрен знает... до сих пор помню то поле. Ветер, гнидой кобылой, сминал траву. Глаза заливало жгучим потом, предательски текущем из под шлема. Я помню тот миг. Мертвая тишина тысяч людей, готовящихся к смерти, разорвалась оглушительным гортанным криком монголов. Словно все бесы, о которых предостерегало Святое Писание, разом покинули свое царство и вторглись в мир живых. Тихомир, мой ратный брат, что сидел на своем скакуне по леву руку от меня, тихо и зло захрипел. С каким-то отчаянием и обреченностью, я сжал древко копья. Вдох и выдох. Еще один вдох. И медленный выдох. Я смаковал последние мгновения перед боем. Я прощался с этим глубоким дыханием. Я прощался с ощущением ветра на лице. Я прощался с солнцем. Я прощался с полем. И тут прозвучал голос смерти. Пронзительный писк, словно красной нитью, прошел через сукно наших судеб. Небо почернело от тысяч ордынских стрел. Прощай мать! Прощай отец! Удар ногами по бокам кобылы, мощный рывок вперед и вот я уже в стремительном галопе к стану врага...
Комментарий недоступен