«Не понял, как человек в погонах может врать»: как судят протестовавших в Екатеринбурге — на примере избитого студента Статьи редакции

TJ поговорил с осуждённым за акцию против строительства храма о спорных доказательствах и путанице в деле.

Три месяца назад, 13 мая, жители Екатеринбурга обрушили забор, за которым началась стройка храма в сквере у Театра драмы. После стихийного протеста, продолжавшегося целую неделю, епархия РПЦ отказалась от своих планов.

Скандал стал событием федерального масштаба: о нём говорил Владимир Путин, вышло десятки сюжетов на федеральных телеканалах. На одной из самых массовых акций протеста, 15 мая, задержали почти 100 человек — но протестующих хватали и в другие дни.

Когда активная фаза протеста завершилась, в учебных заведениях Екатеринбурга начали проводить «профилактические беседы», некоторых студентов попытались отчислить. Большинству задержанных назначили административные штрафы по 10-15 тысяч рублей, часть приговорили к аресту или общественным работам.

Полиция Екатеринбурга возбудила пять уголовных дел: о призыве к массовым беспорядкам, об оскорблении представителя власти, об умышленном повреждении чужого имущества, о применении насилия к представителю власти и о хулиганстве. У фигурантов дел прошли обыски. Россию покинул, по крайней мере, один из активистов — Тимофей Филатов.

Несмотря на повышенное внимание медиа, к делам протестантов власть подошла небрежно: Максиму Корчемкину в нарушение процессуальных сроков не сказали о его статусе, по факту избиения другого активиста возбудили дело уже против самих полицейских. В самых очевидных случаях даже удалось добиться оправдания, как это случилось с Дмитрием Молодцовым.

В большинстве случаев суды в Екатеринбурге практически не разбирались в делах перед вынесением обвинительного решения и не обращали внимание на противоречия. Одно из самых показательных — дело осуждённого по части 5 статьи 20.2 КоАП за акцию в сквере студента Уральского федерального университета Максима Горошко.

7 августа Свердловский областной суд отказал Горошко в апелляции. TJ изучил материалы его дела и поговорил с ним о преследовании.

Максима задержали на третий день протестов, в ночь на 16 мая. Около часа ночи ОМОН начал вытеснять людей из сквера: студент оказался на пути у идущей шеренги бойцов. Он попытался отступить, но запнулся за чей-то припаркованный к дереву велосипед и упал. Встать уже не успел.

Горошко доставили в ОВД, где начали оформлять протокол. Согласно документам, правонарушение «непосредственно обнаружила» капитан полиции Михеева. Однако в сквере она не находилась: это подтверждается тем, что в деле нет ни её рапорта, ни объяснительной. По версии Максима, Михеева могла впервые увидеть его только в отделении.

Впрочем, в деле есть рапорт заместителя командира батальона №3 майора Бабушкина, который тоже «непосредственно обнаружил» предполагаемое нарушение Горошко. Якобы именно Бабушкин доставил студента в ОВД. Так это или нет, сказать пока невозможно, поскольку при задержании бойцы ОМОНа не представлялись.

Таким образом в деле с самого начала имелось два противоречащих друг другу документа, подтвердил TJ после ознакомления с копией дела. КоАП разрешает обнаруживать правонарушение одному лицу, а составлять протокол другому, однако устанавливает для этого необходимую процедуру. Тот, кто обнаружил правонарушение, должен передать рапорт тому, кто будет составлять протокол. По всей видимости, в том, что сделала капитан Михеева, есть признаки подлога, а майор Бабушкин, который обязан был составить протокол, не сделал этого.

О каждом случае применения физической силы, при котором нанесён ущерб гражданину, полицейский обязан представить рапорт, однако в деле такого документа нет. Согласно рапорту майора Бабушкина, Горошко задержали без применения физической силы — якобы сотрудник полиции лично подошёл к студенту и «произвёл доставление». В протоколе об административном доставлении не указано, кто привёз задержанного в отделение.

В вызове врача Максиму отказали, чем ещё раз нарушили закон. По словам студента, сотрудники полиции предложили ему сначала подписать протокол. Изъяли паспорт и удерживали всё время, пока молодой человек был в ОВД, хотя это запрещено. Несмотря на то, что его личность установили по документу, его всё равно принудительно дактилоскопировали, хотя и это тоже запрещено.

Все операции заняли больше предельно допустимого срока задержания — трёх часов. Максима продержали в отделении четыре часа, отпустив в 5:30 утра. Квитанцию для оплаты административного штрафа вложили в дело ещё до рассмотрения в суде.

Горошко защищал адвокат Алексей Бушмаков — он вёл дела Руслана Соколовского и Марии Мотузной. На заседании он просил суд прекратить дело из-за отсутствия состава правонарушения.

Свидетелями по делу выступили подполковник полиции Трошин и сотрудник министерства общественной безопасности Свердловской области Щетинин. Они оба рассказали, что были в сквере в момент задержания и видели, как Максим активно вёл себя, выкрикивал лозунги и игнорировал неоднократно высказанные требования полицейских.

Бушмаков обратил внимание суда, что гражданина можно доставить в отдел только для составления протокола и только, если этого нельзя было сделать на месте.

Само по себе участие даже в несогласованной акции не наказывается. Верховный суд России неоднократно отмечал, что ответственность наступит, только если человек совершит противоправные действия. Ни одного доказательства таких действий Горошко в деле нет, отметил адвокат.

Судья Ирина Майорова даже не удалилась в совещательную комнату и вынесла решение сразу же после последнего выступления сторон. Майорова признала Горошко виновным и оштрафовала на 10 тысяч рублей, хотя с учётом вероятных нарушений дело не должно было дойти до суда вообще.

Максим потребовал возбудить уголовное дело о своём избиении в сквере, но Следственный комитет ему отказал. В постановлении говорится, что ОМОНовец схватил студента за плащ и оттолкнул так, что тот упал на газон, а, когда парень отказался «выполнить требования сотрудников ОМОН», к нему подбежали двое силовиков и нанесли удары резиновыми палками по спине и затылку.

СК решил, что ОМОНовцы не превысили полномочий, а Горошко «не испытал физическую боль». Его травмы нижней и верхней губы власти объяснили тем, что студент упал лицом на землю.

Горошко обжаловал приговор. В апелляционной инстанции дело рассматривал Свердловский областной суд. Заседание состоялось 7 августа и, хотя судья должна была проверить дело в полном объёме, ей на это понадобилось несколько минут.

Рассматривающая жалобу Ольга Сазонова не стала вызывать свидетелей повторно, а также не обратила внимания на противоречия и вероятные нарушения в документах. Решение она вынесла, также не удаляясь в совещательную комнату. Штраф остался в силе: у студента есть 60 дней на выплату. Горошко не готов признать поражение и намерен пожаловаться в ЕСПЧ.

#храмнаводе #екатеринбург #протесты