Одиночные пикеты за свободу сестёр Хачатурян. Репортаж TJ Статьи редакции

Акцию возле главного управления Следственного комитета суммарно посетили более 300 человек.

14 июня следствие предъявило окончательное обвинение трём сестрам — Кристине, Ангелине и Марии Хачатурян. В конце июля 2018 года они убили своего отца Михаила: на тот момент девушкам было 17, 18 и 19 лет. Сестры сдались полиции, дали признательные показания и отправились в СИЗО.

В ходе показаний сёстры Хачатурян рассказали о многолетних издевательствах со стороны отца: он избивал, унижал и насиловал их. Эти показания подтвердили друзья, учителя и ближайшие родственники, частично согласилось и следствие. Адвокаты девушек заявили, что те действовали в рамках «необходимой обороны». После ходатайства защиты Кристину, Ангелину и Марию отпустили из СИЗО под запрет определённых действий.

После 14 июня в соцсетях начали активно выступать за освобождение сестёр Хачатурян: за них заступился центр «Насилию.нет», активисты, некоторые СМИ, а также сообщество феминисток, в частности Ника Водвуд, известная как «Никсель Пиксель», и крупные паблики. Начиная с 19 июня, сторонники девушек начали выходить на одиночные пикеты к зданию Следственного комитета и заявили о планах провести согласованный митинг.

19 июня на Арбат пришли люди, желавшие отстоять в одиночном пикете в поддержку сестёр Хачатурян и выступить против домашнего насилия. В начале июня с подобных гражданских акций началось планомерное освобождение журналиста Ивана Голунова. В этот раз активисты также использовали и лозунг «Я/Мы Голунов (Хачатурян)», и метод протеста — так называемый «тихий пикет». К 19:30 к зданию Следственного комитета подтянулись не менее 100 человек, которые стояли с плакатами, беседовали, обсуждали российские законы, домашнее насилие и феминизм.

«Это здесь феминистки стоят?», — выкрикивает мужчина в возрасте, проезжая мимо длинной очереди возле главного управления Следственного комитета на Арбате. На его выкрики никто не реагирует, он останавливается, осматривается и встаёт в конец очереди. Примерно с 18:20 возле здания ведомства начинает собираться толпа, которая растягивается на всю улицу и привлекает внимание прохожих. Кто-то проходит мимо, кто-то — останавливается и спрашивает, что за мероприятие.

У очереди на одиночные пикеты нет как такового организатора. Но встречу в Фейсбуке создала активистка Дарья Серенко, к которой постоянно подходят поздороваться, выразить благодарность и задать вопросы. Зачем нужен протест, почему важно защитить сестёр Хачатурян и как это дело отражает ситуацию в России — обо всём этом она говорила в интервью «Таким делам». Ключевая мысль оттуда: «Дело сестёр Хачатурян во всей своей неприглядной красе показывает, что происходит в обществе, в котором нет закона о домашнем насилии. В котором ни полиция, ни какие-то иные структуры не умеют проводить его профилактику, реагировать на него, не умеют работать с жертвами».

«Отойдите с дороги, а то они скажут, что мы мешаем проезду», — с такой фразой Дарья Серенко ходит вдоль толпы участников пикетов и просит их не мешать прохожим и не выходить на проезжую часть. Когда шли одиночные пикеты в поддержку Голунова, полицейские пользовались этой условностью: народу было так много, что по улице возле «Петровки, 38» не могли пройти прохожие, и многие выходили на автомобильную дорогу.

К 20:00 вокруг толпы образовалась небольшая толпа из журналистов, блогеров и просто людей с камерами. Вокруг царит атмосфера дискуссии. Три девушки спорят о том, какой вердикт суда по делу сестёр Хачатурян устроит наибольшее количество активистов — отправка на реабилитацию или условный срок, с другой стороны два парня, по-видимому, прохожих, узнают у девушки в пиджаке цель акции и чем недовольны участники, а в самом начале ютятся пять человек с фотоаппаратами, чтобы запечатлеть каждого, кто встаёт с плакатом.

Я подхожу к тем самым девушкам, которые оживлённо спорят. И задаю им один вопрос — почему они прямо сейчас здесь, возле здания Следственного комитета, а не где либо ещё.

Бросается в глаза то, что среди участниц большинство — это девушки или женщины. Если прикидывать на глаз, из всей толпы только 20% — парни или мужчины. Причин, почему так получилось, несколько. Призывы выходить на пикеты распространялись преимущественно в фем-сообществах в соцсетях, где сидят молодые пользовательницы, дело сестёр Хачатурян посвящено домашнему насилию, которому в первую очередь подвергаются женщины, кроме того — женщины в России вступились за женщин так же, как журналисты вступились за журналистов пару недель назад.

Пока толпа разговаривает, обменивается плакатами и просто ждёт своей очереди, журналисты проводят мини-интервью. «Вы здесь, потому что феминистка? Я здесь, потому что я женщина», — диалог одной из участниц с корреспондентом. Тема феминизма в этот вечер поднималась не раз, потому что многие из пришедших надели символику со сжатым кулаком, значки «Clit Power» и написали феминистские лозунги на плакатах. Не все участницы смогли согласиться с тем, что к делу сестёр Хачатурян куда больше вопросов, чем к делу Голунова. Девушки действительно много лет находились в фактическом рабстве, но всё-таки совершили преступление — сговорились и убили отца. В то время как журналист «Медузы» занимался расследованием и оказался втянут в историю подброшенными наркотиками — именно поэтому за него безоговорочно заступились тысячи граждан. Такие вопросы кому-то показались «провокационными».

Но в другой теме девушки единогласно согласились: на пикеты пришло меньше парней, потому что их меньше волнует то, что происходит с сёстрами Хачатурян.

Всё это время за пикетом наблюдали. Вдоль дороги ходила пара полицейских, ещё пара стояла на краю улицы, а в самом конце ожидает автозак. К 21:00 подъехал ещё один автозак, и число присутствующих полицейских выросло до шести. Ни разу за всё время акции они не вмешались в происходящее и лишь единожды проверили документы у участницы.

В толпе всё это время ходит байка про диалог полицейского с прохожей. Она выгуливала собаку рядом с сотрудником, который сказал ей, что участникам пикетов «заплатили по пятихатке». На что она посмеялась и ответила: «Такие люди вряд ли продаются». «За косарь продадутся», — подвёл полицейский. С наступлением вечера полицейские практически перестали ходить вдоль толпы, купили себе какой-то выпечки в магазине на Арбате и мирно смотрели за постепенно заканчивающейся акцией.

Согласно закону, одиночные пикеты могут проводиться до 22:00 по местному времени. Из-за этого ближе к назначенному времени люди вставали с плакатами на 10-20 секунд, чтобы все успели принять участие. Созвавшая всех Дарья Серенко немного нервничала и поэтому бродила вдоль оставшихся людей, чтобы те не зевали и спешили.

Ближе к концу акции в толпу пришла активистка Татьяна Никонова. Когда она поздоровалась и пофотографировалась с несколькими участниками, я решил узнать у неё, что нужно изменить в российских законах, чтобы историй как с сёстрами Хачатурян было меньше.

#акции #москва #сестрыхачатурян #репортажи #пикеты